Недавно слышал проповедь, в которой приводился пример, тронувший меня до глубины души. Вот его содержание:

- На нашей родине, в Оренбуржье, зимой очень много снежных буранов. Путники, застигнутые непогодой, с трудом находят дорогу. И тогда люди стали применять как указатели толстые стебли подсолнечника, которые ни к чему не пригодны, даже на топку. Идёт путник по дороге и ставит такую веху, чтобы следующий мог видеть этот ориентир и знать, что он на верном пути.

Такими вехами-указателями можем стать и мы, христиане. В глазах „мира сего" мы, может быть, тоже никуда не пригодны, как и стебли подсолнечника, но мы можем служить указателями ко Христу. Грешник, встречая такой указатель, может остановиться, задуматься над своей жизнью и свериться, на правильном ли он пути.

Боже, в ночи этой тёмной Ярче факел мой зажги, Чтоб, Тобою обновлённый, Мог на ниву я пойти...

Такие „вехи" были и на моём пути, и я благодарен Богу, что в моей жизни встретил таких людей-христиан, которые привели меня к переоценке моих взглядов, жизненных ценностей, что я другими глазами увидел мир.

Жил я, как и все люди „мира сего": в раннем детстве слышал истории из Библии, которые быстро забыл. В моей памяти ещё живы пьянки отчима, ругань, скандалы, побои, разбитые стаканы. В такой обстановке я рос, но мать всегда старалась прививать нам доброе и хорошее. В 1971 году в нашем доме произошли серьёзные изменения, тогда я этого не понимал: моя сестра Роза обратилась к Богу. В доме стали слушать по магнитофону христианские записи. Декламации „О десяти девах", „Первая смерть на Земле" и гимн „Боже мой, от Тебя не скрыты мои тайны" трогали моё сердце. Сейчас я понимаю, что Бог уже тогда начал стучать в моё сердце. В собрание ( церковь) я не ходил и почему-то сильно не хотел. В 14 лет вступил в комсомол (был по-юношески идейным ). По природе своей я мечтатель и очень чутко воспринимал всё, что нам преподносилось в школе; в мечтах я совершал подвиги, строил города, гордился героями. Учителя призывали любить свою Родину, и я любил её по-детски чисто. Бывало еду на велосипеде и пою: „Люблю тебя, мой край родной, о, как мне дорог ты..." Кругом степь, высокое небо, и все кажется таким величественным.

Поступил в училище, стал иногда выпивать, сквернословить. Много стал читать книг, но постоянно ощущалась какая-то пустота, тоска, чего-то не хватало. Иногда ко мне приходил мой ровесник Иван В., он был верующим. Придёт утром, часов в девять, и приглашает в церковь; а я ещё в постели, он меня зовёт, а мне страшно не хочется, ищу отговорки. Медленно встаю, иду на турник, а он всё терпеливо ждёт, но в конце концов он уходит. Так было раза три, и он перестал ходить. Так и Господь зовёт, приглашает, но не вечно Он будет звать, когда-то будет поздно

Однажды к нам приехал брат из Риги Артур Р., он был никой-то другой, он был христианин. Он очень хорошо пел и однажды, прервав пение, спросил меня

- Иван, а ты веришь в Бога?

Я не знал, что ответить, и промямлил что-то вроде:

- Ну, вообще я не против.

Всё это меня очень взволновало.

Прошло ещё несколько лет, я всё также жил во грехах, приходил домой пьяный. Мать с укором смотрела на меня и в слезах говорила: „Неужели ты хочешь быть таким, как твой отчим?" И это давило меня сильно. С работы приходил домой опустошённый, разочарованный в людях, грешил очень много в словах, делах и мыслях. Я изнемогал от пустоты, бессмысленности своей жизни; кино, танцы, выпивки - всё это не давало мне удовлетворения.

Весной я уходил в армию. Перед уходом в военкомат мать позвала меня в комнату и говорит: „Иван, давай помолимся, может быть, мы с тобой больше уж никогда не увидимся".

Я впервые встал на колени, я не молился, но слушал плач и молитву матери, и что-то сильно защемило в моём сердце. Так я ушёл из дому на службу, было это в мае 1977 года.

До места службы добирались в прокуренном вагоне: пьянка новобранцев, ужасное зловоние и ни капли воды - это было первое впечатление. Я представлял себе службу в армии как что-то хорошее, благородное, как в книгах. На деле я увидел, что всё строится на сквернословии, на унижении человеческих достоинств, на побоях. И всё это повергло меня в отчаяние, я разочаровался в людях. В свободные минуты я стал вспоминать стихи, которые слышал дома, стал про себя молиться. Стоя ночью на посту, видел прекрасное звёздное небо, стал много размышлять.

Тринадцатого июня я впервые воззвал к Богу в сознательной молитве: „Господи, я знаю, что Ты есть, я благодарю Тебя, я хочу быть Твоим, помоги мне!" Мне стало легко и хорошо на душе, я почувствовал, что я не один, со мною был Бог. Но тогда я не знал, что я грешник, что мне надо каяться во грехах, что Христос умер за меня. А всё это было по причине незнания Слова Божия.

Через полтора месяца со мной произошёл несчастный случай и я едва не лишился жизни: поездом мне оторвало ногу. Истекая кровью, я полз и молился Богу, чтобы Он помог мне и спас мне жизнь. Позже я попытался выразить это в стихах:

Пылала степь полудним зноем,

Сил нет ползти, а смерть близка.

Кровь, как река, бежит из раны,

А я один, и смерть близка.

Сознанье стало притупляться,

Дорога вот уже видна.

А сердце тише, тише бьётся,

А я один, и смерть близка.

И Бог меня там не оставил.

Он дал мне силы доползти

До той дороги, где подняли

Меня, без сил, три женщины.

Они мне помощь оказали

И, сострадания полны,

В ближайший госпиталь отправив,

Домой испуганно пошли.

Очнулся я в большой палате,

Был дивный вечер, тишина.

Сестра склонилась надо мною: -

Ты жив? - Я жив! - воскликнул я.

Господь, Спаситель мой, я счастлив,

Что жизнь мне снова подарил, 

И мне, забытому солдату,

Любовь спасения явил.

Состояние, в котором я находился в те минуты, было безнадёжным: я должен был умереть от потери крови. Но Господь сохранил мне жизнь. Много болей мне пришлось перетерпеть, зажав в зубах подушку, культя долго не заживала. В госпитале я прочитал много книг Толстого, Короленко и других авторов. Особенно понравилось "Воскресение" Льва Толстого, в этой книге было много выдержек из Библии. Я часто думал о том, как мне, еще не утверждённому в вере, Господь даровал покой и мир в сердце. Я вовсе не отчаивался, не унывал, что остался калекой. Рядом со мной мучались и плакали, проклиная всё на свете, офицеры и солдаты без ног, без рук, а во мне царил мир, который даёт Бог, и его не может отнять никто.

Вернувшись домой, я попал на собрание верующих, где меня встретили с радостью и очень приветливо. Впервые я услышал истину об Иисусе, о Его любви, о великом плане Божием. Было Рождество. В феврале 1978 года наша молодёжь поехала в Оренбург. Собрание было в старом доме, была проповедь, пели гимн, в припеве которого были такие слова: „Иисус мой - источник в земле сухой..."

Господь явился ко мне во время пения этого гимна, и я увидел всё, что Он сделал для меня грешника, как спас меня от духовной и физической смерти, что Он мой источник. Я молился и плакал, и неописуемое счастье наполнило моё сердце. Так я познал любовь Христа, Что к новой жизни призывает, Даёт мне радость и покой И гимн хвалы в душе слагает.

Хотя моё богопознание и было ступенчатым, я всё же счастлив, что я Его дитя.

Как необходимо нам сегодня всем свидетельствовать о любви Христовой, чтобы все люди могли услышать весть о спасении. „О, вы, напоминающие о Господе! не умолкайте",- говорит нам пророк Исайя ( Ис. 62,6).

Летом 1978 года я принял крещение по вере и по милости Его вот уже 18 лет стараюсь служить Ему всей своей жизнью.

Иван ШНАЙДЕР