„...Чего не попросите в молитве, верьте, что получите,- и будет вам..." Мар. 11,24

Молитва! Какая большая сила вложена в это слово. Не всегда Бог отвечает нам по первой просьбе, потому что Он хочет научить нас чему-то важному. Бог никогда не теряет терпения, и если мы имеем постоянство в молитве, Он ответит.

Без молитвы человек предоставлен самому себе в своём труде, в своей жизненной борьбе. Всё это я, к сожалению, познала будучи уже далеко не в молодом возрасте. Теперь, в преклонных годах, оглядываясь назад на прожитую жизнь, я поняла, как много потеряно. Каким долгим и длинным был мой путь, пока я обратилась к Господу, и как неустанно молились за меня родители. Слава и благодарность Господу, что их молитвы не остались бесплодными!

Детство моё было счастливым. В семье нас росло двое детей. Жили мы тогда в Куйбышевской области, в прекрасной лесной местности. Материально жили очень скромно, но мои родители, будучи верующими с юности, имели внутреннее богатство во Христе. Всё это я осознала лишь позже. В моей памяти остались картины, когда нам мама расказы-вала о Господе по нашей старой Библии с картинками. Она нас учила простой детской молитве. Мы никогда не садились за стол и не ложились спать без молитвы. Это были годы 1932-1935. Тогда в нашей местности не было дома молитвы христиан-баптистов, а были верующие лютеране. Родители переехали в эту местность из большого немецкого села Александрталь Куйбышевской области, где они в юности стали христианами-баптистами.

В1942 году наша жизнь резко изменилась. Началась война. Папу сразу мобилизовали в Трудармию на строительство железной дороги Свияжск-Ульяновск. Позже и маму послали в трудармию в город Орск на строительство нефтеперегонного завода. Строили своими руками, техники никакой тогда не было, кроме кирки, лопаты и тачки. Сколько трудностей пришлось им пережить- это знает один Бог.

Мы были не единственными детьми, которые остались без родителей на произвол судьбы. Мне тогда шел 12-й год, а сестре 14-й. Родственников возле нас никого не было. Для нас, детей, началась трудная и, можно сказать, непосильная жизнь. Занятия в школе продолжались. С наступлением весны мы вдвоём с сестрой управлялись с хозяйством; у нас был свой дом, корова, сажали картофель, овощи. Также нам приходилось думать и о заготовке дров и сена на зиму.

В памяти остался небольшой эпизод, когда однажды зимой мы с сестрой отправились в лес, чтобы забрать заготовленный летом корм для коровы. Дорога была для нас, голодных детей, длинная. Прибыв на место, мы увидели, что нашего сена нет. Пришлось нам только с небольшой вязанкой возвращаться домой. В те годы в лесах развелось очень много волков, их вой доносился до нас. Бывали случаи, когда они набрасывались на стада овец и даже на людей. Вернулись мы домой уже затемно. По молитве наших родителей Господь оберегал нас.

С каждым месяцем жить становилось труднее. Сестра ходила в ближайшие сёла, чтобы обменивать вещи на продукты. Постепенно подступал голод и начались дни, когда нам нечего стало есть. На нашу беду нас одолели вши.

Когда нам стало совсем не под силу жить, мы написали письмо своим родителям в Орск. Они находились там под комендатурой и не имели права покидать город. Мама, получив письмо, написала письмо в Москву, прося дать ей отпуск. К великому чуду, мама смогла к нам приехать (И забрать нас с собой. Она была первой матерью, которой удалось привезти своих детей в то тяжелое время в Труд-армию.

Приехав в Орск, пред нами открылась картина, которую мы никогда не забудем. На окраине города расположился палаточный лагерь, окруженный колючей проволокой. Оставив нас возле входа, мама отправилась в комендатуру, где ей сказали: „Вам никто не разрешал привозить детей, откуда вы их привезли, туда и отправьте". „Мама им ответила: „Вы нас можете на месте расстрелять всех троих, но детей я не отправлю. Меня заставила нужда их привезти, иначе они бы с голоду умерли. И потом они в таком возрасте, что могут и работать..." Вечером нас пустили на территорию лагеря, зарегистрировали и мы стали трудармейцами наравне со всеми взрослыми. Места в палатке для нас не было, и мы расположились на улице рядом с палаткой. Мы были очень счастливы, что могли быть рядом с мамой.



С первых же дней мы с сестрой утром и вечером в общем строю отмечались в камендатуре. Для нас началась новая жизнь. Мы могли работать, получали пищу и по сравнению с некоторыми пленными и трудармейцами, которые ходили по помойкам в поисках пищи, считали себя счастливыми.

Наступила осень. Всех трудармейцев начали расселять. Мы попали в здание бывшей столовой. Это было одноэтажное здание с двухъярусными нарами, где размещалось около 200 женщин. При входе в здание находилась общая кухня с большой плитой, на которой можно было готовить пищу.

Мы с сестрой имели работу, думать о какой-то учебе не было смысла, так как выезжать за пределы города строго запрещалось, а если кто на это отваживался, считали таковых за дезертиров и они попадали под суд.

Постепенно всё же ежедневные отметки в комендатуре заменили на один раз в неделю. Ближе к зиме того же года папу освободили из трудармии по болезни. Ему разрешили поселиться при нашем общежитии у мужчин. Так по милости Божией мы опять были под одной крышей.

В те годы в Орске существовала маленькая община христиан-баптистов.

Мои родители вступили в члены этой общины. Мой отец, будучи рукоположенным, стал вести духовную работу. Я же была очень далека от всех верующих.

В 1945 году закончилась война, и все трудармейцы, в том числе и мы, надеялись вернуться домой на свои старые места. Вскоре нас собрали и объявили, что мы все остаёмся здесь на вечное поселение и не имеем права выезжать из города без разрешения. Так продолжалось до 1956 года, пока не сняли комендатуру.

В 1947 году верующие купили дом для богослужений. Собрания продолжались два года. Потом было объявлено, что немецкие верующие не имеют право общаться с русскими верующими. Дом был снова продан, и община разделилась на две группы. Братьям и сестрам пришлось собираться по общежитиям или в горах. Мой отец - Реймер Герман и ещё один брат по вере - Гамм Г. проповедовали и проводили крещение зимой и летом за никельком-бинатом в „Горячке" - ручье, где протекала горячая вода из завода.

Крещение обычно проводилось ночью. Проводили также хлебопреломление и бракосочетание в общежитиях. Господь обильно благословлял верующих и тех, кто жаждал слышать Слово Божие. На некоторых бракосочетаниях я присутствовала, но я была далека от Господа. Меня влекло на танцы и в кино.

Тем временем в 15 км от местности, где мы жили, открылись от Красного креста курсы медицинских сестёр, и в течение двух лет я их закончила.

Шёл 1952 год. Ясно помню тот день, когда мы должны были всей семьёй собраться на обед. Я возвращалась с работы и вдруг увидела около нашего барака „черный ворон". Мне стало всё ясно. Зайдя в комнату, я увидела двух незнакомых мужчин. Наша семья была уже вся в сборе. Начался обыск. Кроме одной Библии они ничего не могли взять, так как родители были заранее осведомлены и унесли из комнаты всю духовную литературу. Папу арестовали. Нам не разрешили выходить на улицу до их отъезда. В тот же день был арестован еще один брат - Гизбрехт Абрам Петрович. Немного погодя арестовали ещё семь верующих. Всех судили закрытым судом, который длился три дня. Приговор был для всех одинаковый - 25 лет лагерного заключения. Что пережили эти верующие до суда - один Бог знает. После этих судов собрания прекратились. Верующие посещали только друг друга по квартирам и общежитиям. И только в 1954 году молодёжь вновь начала собираться и проводить собрания по домам.

Мой отец, Реймер Герман Петрович, находился в заключении в Карагандинской области, в г. Джезказгане, работал счетоводом. В 1956 году он был освобождён из-за отсутствия состава преступления и полностью реабилитирован. Вернувшись в г. Орск, папа с Божьей помощью вновь проповедовал и прославлял Господа как среди верующих, так и среди неверующих.

Несмотря на то, что он был освобождён, он был взят на поруки органами аптеки, где работал бухгалтером. В 1962 году мои родители покинули г. Орск и поселились в г. Джамбуле.

На удивление многих, моя жизнь после папиного ареста и после его освобождения продолжала оставаться без изменения. Я верила, что есть Всемогущий Бог, но диавол крепко держал меня в своих руках. Чем усерднее мои родители молились за меня и мою сестру, тем сильнее меня влекло в мир.

В 1953 году я вышла замуж. Мой муж был ярым атеистом. Я считала себя счастливой, но счастье моё продолжалось только один год. У нас родился сын, через три года второй, а жизнь становилась мне не в радость, а в тягость. Стали появляться мысли уйти из этой жизни. Мама, которая в это время жила одна, так как папа был снова в заключении, видела и чувствовала наши семейные взаимоотношения и наставляла меня по Библии.

Я старалась жить по наставлениям мамы, набиралась терпения, чтобы угодить своим ближним. Во мне происходила борьба, с которой было трудно справиться. В семье не было мира, согласия, муж был мне неверен. О, как тогда диавол нашептывал мне всякие мысли... Наступило такое время, когда мне не хотелось возвращаться после работы домой, но я имела двух детей.

И любовь к детям приводила меня снова домой. Мой муж стал мне совсем безразличен. Сегодня я с уверенностью могу сказать, что когда нет в душе Господа, то сатана имеет возможность сильно воздействовать на человека. К верующим он тоже подступает, но их спасает молитва, а я молиться не умела.

У нас был сад-огород. Чтобы к нему подойти, нужно было пересечь железнодорожную линию.

Сколько раз сатана мне как бы нашептывал: „ Если ты бросишься под поезд, то всем твоим страданиям придёт конец". Эта навязчивая мысль не давала мне покоя, но молитвы моих родителей оберегали меня от этого шага. Вскоре мы продали огород и на душ с стало полегче. Жизнь же в семье не улучшалась Я была морально подкошена. Сил для борьбы не было И вот после десятилетней совместной жизни с муж с м и свекровью я решила от них уйти. Я знала, что но ступаю неправильно, оставляя детей без отца, хотя он очень мало уделял им внимания. Я написала письмо в г. Джамбул своим родителям с просьбой, чтобы они меня приняли. Они мне, конечно, не отказали , но были опечалены моим решением.

Приехав в Джамбул, я поселилась с детьми и маленькой тесной комнатке. Спустя полгода к у пили небольшой узбекский домик. Родители были членами церкви христиан-баптистов. Я вместе с ними начала посещать собрания. Но сатана не оставлял меня в покое и меня посетили мысли: „Зачем ты проводишь время в молитвенном доме, ко г да в мире столько развлечений". И через некоторое время я перестала посещать собрания. Вместе с детьми ходила в кино, гуляла, читала разную мирскую литературу.

Однако мне было ясно, что полной радости я не имею, внутри было какое-то беспокойство. Моим единственным утешеним были дети. Дома я принимала вместе с родителями участие в молит венных вечерах, но сама была очень далека от Господа. Мои дети немало узнали о Боге от моего отца, так как он с ними часто беседовал и рассказывал им из Библии.

Устроившись на работу медсестрой в онкологическую больницу, я очень много видела людских страданий, но всё это не приблизило меня к Богу. Сатана не оставлял меня и дальше: меня агитировали стать сотрудником УВД (управление внутренних дел), обещая при этом очень много. У меня Хватило сил ответить, что я никогда не стану Иудой.

В 1968 году мы с детьми отправились в небольшое турне. Наш путь лежал в Москву, Симферополь, Сочи, Ялту. Всё это внесло разнообразие в Нашу повседневную жизнь, оставив незабываемые Впечатления.

В1969 году мы снова втроём поехали в Ленинград, чтобы посетить все достопримечательности города. Нас влекло к старине, а также к тем художественным произведениям искусства, которые были написаны на библейские сюжеты. В памяти ©стался Исаакиевский собор с его картиной "Воскресение Христа", а также архитектурно-художественной композицией. В центральной части свода собора мы увидели роспись, изображающую видение Пророка Иезекииля. Всё было так понятно, ведь я и Пои дети были знакомы с тем, что некогда говорили Мне и им мои родители, читая нам Библию. От этого Наш интерес ещё больше возрастал. Полные впечатлений, мы благополучно вернулись домой.

В 1972 году Бог послал нам испытание: мы Пережили землетрясение в 6 баллов. Это было Жуткое ощущение. Наш дом пострадал только отчасти; отошла одна сторона, так что можно было просунуть руку, внутри выглядело всё как после бомбёжки. Я с детьми выбежала на улицу, чувствуя, как под ногами колышется земля. Город пострадал тоже не мало.

В то время нас часто посещали верующие, и во время одного из этих посещений я покаялась. Хотя я периодически посещала собрания, но я не была тверда в вере и диавол вновь увлёк меня в мир.

В 1972 году старший сын закончил школу и поступил в Рижский авиационный институт. Расставание с сыном было для меня большим испытанием. Через три года младший сын тоже решил поступить в авиационное училище. В первый год он не прошёл по конкурсу. На следующий год я поехала с ним вместе, так как знала, что будут препятствия. Я имела беседу с одним из преподавателей экзаменнационной комисси, который мне сказал: „Наша комиссия старается отсеивать немцев и евреев". Всё же по милости Божией он поступил в училище. Для меня это было испытание, посланное свыше. Я понимала, что всё находится в руках Господа, который не переставал стучаться в моё сердце, блуждающее во тьме.

Я осталась одна со своими родителями. Вскоре я и мои родители получили квартиры. В этом я тоже видела вмешательство Божие. Я вновь стала посещать собрания и через некоторое время снова покаялась. Глубокий мир и покой воцарились в

моей душе.

Тем временем старший сын закончил институт и женился. Младший сын отрабатывал в Чимкенте после окончания училища, женился. Со временем я решила сделать обмен квартиры и вместе с младшим сыном переехать в Прибалтику.

Много сложностей было у нас с пропиской в связи с тем, что мы немцы, но Бог помогал нам. Я жаждала общения с народом Божиим и пыталась найти верующих, но оказалось, что христиан-баптистов в этом городе, где мы жили, не было. Не могу промолчать о своей работе. Работала я тогда в больнице закрытого типа, где находились на лечении отъявленные убийцы, наркоманы, насильники. Эту больницу называли „Психичка". Я смогла там проработать только один год. Все медсестры от больных получали клички. Я получила- „сестра милосердия". В нашем отделении было 100 мужчин, все находились под конвоем. Если я сегодня вспоминаю то время, то мороз проходит по телу.

Шло время. Я переехала жить к старшему сыну в Ригу. Мы тогда имели желание выехать в ФРГ, там жили наши родственники. На два вызова мы получили отказ. В этом городе я нашла молитвенный дом. Для меня было большой радостью вновь посещать собрания. Я решила принять крещение, но диавол снова меня удерживал, навевая мысли: „Зачем тебе крещение, подожди, не всем же быть спасёнными..."

Но вот в 1982 году, в декабре месяце, я приняла крещение через погружение в воду. Моя душа пела и ликовала. Это был длинный путь, пока Спаситель Иисус Христос принял меня, очистил и омыл Своей драгоценной кровью. В семье сына, где я жила, для меня начались испытания после крещения, так как они были далеки от Бога. Я не всегда могла найти уединение для чтения Библии и молитвы.

Обстоятельства сложились так, что я ушла жить в общежитие, где в основном была молодёжь. Господь в нашей жизни так чудно всё устраивает, что испытания укрепляют нас и служат нам ко благу. Теперь я имела больше времени для чтения, молитв и посещений. У меня началась совсем другая жизнь, жизнь со Христом. Я освободилась от общего угнетения, которое раньше очень меня мучило. До крещения и покаяния я задавала себе вопрос: „Как же я буду жить без кино и других увеселений?" Но эти вопросы отошли на задний план и я стала от них совершенно свободна. Да, милость и терпение проявляет к нам Господь. Благодарность и слава Ему за все Его щедроты и за испытания, какие Он посылал мне.

В 1984 году я пошла на пенсию. К этому времени мои родители снова вернулись в г.Орск. Я поняла, что воля Божия в том, чтобы мне вернуться опять к моим престарелым родителям. Так через двадцать лет я вернулась в г. Орск, вступила в общину христиан-баптистов, где членами были мои родители. Папа трудился на ниве Божией до последних дней жизни и в 86-летнем возрасте отошёл к Господу.

Моя сестра тоже приняла Господа Иисуса Христа как своего личного Спасителя.

Так Бог ответил на многолетние молитвы моих родителей, чтобы их дети пришли к Господу.

„О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Иго!" (Рим. 11,33).

Зельма ШВЕЙГЕРТ